TraserH3.ru
Актуально
Реклама

Купить инструменты, мультитулы Leatherman

В продаже
Приглашаем авторов

Краповый берет

Счётчики

Яндекс.Метрика

Военное время

 

        Март 2000 года
     
ОПЫТ, ОПЛАЧЕННЫЙ КРОВЬЮ: Как победить засаду
     
 
ИЗЛЮБЛЕННЫЙ ПРИЕМ ПАРТИЗАН

Засада — один из излюбленных приемов партизанской борьбы, который позволяет малыми силами нанести внезапный удар по противнику и безнаказанно скрыться. Грамотно организованные действия небольшого отряда могут полностью уничтожить колонну противника. Пример тому засада, в которую попала 131-я мотострелковая бригада в новогоднюю ночь 1995 года. От засад партизан постоянно страдали боевые части и подразделения материального обеспечения в афганской войне, теперь — в чеченской. Слово “засада”, особенно для пехоты, стало чем-то вроде объективного препятствия непреодолимой силы. На вопрос начальника, почему подчиненный командир не прибыл вовремя в тот или иной район, достаточно ответить, что попал в засаду, и тебе еще и посочувствуют. А если разобраться, то факт попадания в засаду в девяноста случаях из ста — это ошибка командира, неправильно организовавшего охранение, либо оплошность самого охранения.
Давайте подумаем, как можно бороться с засадами противника. Понятно, что наиболее эффективные противозасадные действия — это действия, позволяющие избежать попадания в засаду. Восточная поговорка гласит: “Настоящий мудрец не тот, кто способен найти путь из затруднительного положения, а тот, кто в это положение не попадет”.

ЧТОБЫ СТАТЬ МУДРЕЦОМ

Не стану перечислять пункты Боевого устава, описывающие последовательность действий командира при организации охранения и при действиях в охранении. Скажу лишь, что при правильном построении походного порядка можно значительно уменьшить вероятность попадания в засаду, а в случае, если такая беда все-таки случится, избежать больших потерь и организовать противодействие.
При построении колонны наиболее надежную боевую технику и личный состав следует выделять в головное и тыловое охранение. Боковые дозоры ввиду невозможности их достаточно быстрого движения по сильно пересеченной местности выделяются эпизодически для проверки опасных участков. Действуют они, как правило, в пешем порядке под прикрытием боевых машин. Для командования охранением должны назначаться наиболее грамотные и инициативные офицеры, поскольку от того, как они будут исполнять возложенные на них обязанности, зависит безопасность движения колонны. Они должны своевременно выявить засаду и доложить о ней командиру, а если местность позволяет, осуществить противозасадный маневр.
Если колонна смешанная, то помимо наводчиков и башенных пулеметчиков наблюдение должны вести водители и пассажиры грузовых и вспомогательных автомобилей. Необходимо максимально радиофицировать колонну, раздав в грузовые машины носимые средства связи. Однако такой возможности скорее всего не будет, поэтому важно разработать систему простых и понятных сигналов, позволяющих передавать их по колонне. Для этого необходимо организовать наблюдение за впереди и сзади идущими машинами.
Помимо грамотной организации движения колонны, командир должен хорошо изучить маршрут движения и, если это возможно, проложить его по наиболее безопасным районам. Главное правило — при выдвижении боевой техники к месту проведения операции необходимо избегать накатанных дорог. Таким образом можно минимизировать вероятность подрыва. Наметив наиболее опасные участки, еще до начала движения следует продумать, как их преодолевать. Например, боевое охранение может, приблизившись к вероятным местам засад, обстрелять их и тем самым спровоцировать противника на ответный огонь. Партизаны в этой ситуации могут решить, что они обнаружены. Если позволяет время, то необходимо выслать из состава охранения пешие разведдозоры, которые проверят опасные участки.
В случае необходимости движения по одному и тому же маршруту в течение длительного времени желательно места вероятных засад заминировать. При наличии необходимых инженерных средств вероятные места засад можно минировать системой “Охота-2”, оставляя ее в выключенном положении во избежание случайных подрывов мирных жителей. Включать же ее, используя радиолинию ПД-430 или ее более современный аналог, следует, приближаясь к месту засады. Пройдя опасный участок, можно систему выключать. Когда после разрядки элементов питания система самоликвидируется, можно установить новую. Это будет не дороже хотя бы одной сожженной боевой машины. О цене человеческих жизней говорить излишне.
Подразделениям, обеспечивающим безопасность колонн, ни в коем случае нельзя действовать стереотипно, по одному и тому же шаблону. Партизаны ведь тоже не лыком шиты, им не составит труда просчитать действия охранения и организовать для него какую-нибудь хитрую ловушку.
Но чтобы противник не чувствовал себя безнаказанно, можно организовать засаду на его засадную группу. Если партизаны постоянно проводят засады в одном и том же месте, значит, они утратили бдительность. Этот фактор грех не использовать для того, чтобы щелкнуть партизан по носу, скрытно выслав к их излюбленному месту засады своих разведчиков. Безусловно, действия разведгруппы должны прикрывать мотострелки и артиллерия в ходе выполнения задачи и, главное, при отходе после ее выполнения. Охоту на засаду не обязательно проводить на фоне реальной проводки колонны. Выслав скрытно и заблаговременно своих разведчиков, противника можно спровоцировать на выход к месту засады, имитируя те действия, которые предшествуют выходу пехоты из ППД для обеспечения колонны: построение колонны боевой техники, долгие и нудные строевые смотры.

УЧИТЬСЯ ЛУЧШЕ НА ЧУЖИХ ОШИБКАХ

К сожалению, эти немудреные правила нарушаются довольно часто. В мае 1985 года это привело к разгрому колонны газнийского гарнизона. Участником того боя был мой давнишний друг и сослуживец. История, рассказанная им, настолько типична, что нельзя не привести ее в качестве негативного примера.
19 мая 85-го года лейтенанту Карену Таривердиеву, исполнявшему обязанности начальника разведки газнийского отряда спецназа, комбат поручил доставить в штаб бригады карту с планом боевых действий на июнь для утверждения. Ехать Карен должен был на отрядном бэтээре в составе колонны, следовавшей в Кабул. Там он должен был присоединиться к какой-нибудь попутной колонне и вместе с ней прибыть в Джелалабад, где находился штаб пятнадцатой бригады специального назначения.
Утром 21 мая смешанная колонна газнийского гарнизона, в которую входило десятка три транспортных машин, тронулась в путь, сопровождаемая шестью бронетранспортерами из состава второй роты отряда спецназа с десантом на борту. Отряд за два месяца активных боевых действий понес серьезные потери в командном звене, поэтому сопровождение возглавил замполит роты, лишь недавно прибывший из Монголии. Ему помогал единственный взводный, имевший опыта не больше, чем замполит. Колонну вел командир автороты. Построил он ее следующим образом: во главе колонны два БТР-70, в том числе и машина Карена, за ними выстроились грузовики, в центре колонны разместились еще два бронетранспортера, за ними снова транспортные машины батальона и вертолетной эскадрильи. Остальные броники замыкали колонну, исполняя роль технического замыкания и тылового походного охранения. С воздуха колонну прикрывала пара Ми-24 из Газни.


Часа три колонна двигалась без приключений. Когда прошли Шейхобад, поступила команда “Стой!” Оказалось, где-то в шейхобадской “зеленке” застряли тылы — девять грузовиков и два БТРа. На связь они почему-то не выходили, и старший колонны приказал Таривердиеву разыскать пропавшие тылы. Основная часть колонны остановилась на шоссе в чистом поле, где единственным источником опасности для нее могла быть только “зеленка”, которую колонна уже прошла.
Карен развернул свою машину и отправился на поиски пропавшего “хвоста”. В этот момент раздался выстрел безоткатного орудия. Личный состав колонны спешно залег вдоль обочины шоссе. Таривердиев продолжал поиск и на окраине Шейхобада, метрах в ста от крайнего дувала, разведчики обнаружили стоящую на обочине передвижную автокухню. Как только БТР Карена замедлил скорость, по нему с правого и левого фланга одновременно открыли огонь из гранатометов. Из четырех выпущенных гранат одна достигла цели и зажгла силовое отделение машины. Но двигатели не заглохли, и броник беспрепятственно проскочил кишлак. На противоположной его стороне Карен и обнаружил потерявшиеся машины. У одного из грузовиков заглох двигатель, а связь по неизвестной причине пропала, и тыловое охранение не смогло доложить о задержке.
Таривердиев со своей машины установил связь со старшим колонны, который приказал “хвосту” прорываться через Шейхобад к основным силам. В это время, как назло, броник Карена заглох. Посовещавшись, решили, что с Таривердиевым останется машина техпомощи, а остальные пойдут к колонне. Так и поступили. Спустя некоторое время из кишлака послышались выстрелы и взрывы. Через полчаса один из уцелевших двигателей броника все же завелся, и Таривердиев с техничкой двинулись в Шейхобад, над которым поднимался столб дыма.
Как и в прошлый раз, кишлак прошли без приключений, но на выезде снова попали под огонь гранатометов. Ковыляя на одном движке, проехали мимо горящих “Урала” и броника из тылового охранения, попавших под огонь гранатометчиков. Когда Карен достиг колонны, перед ним предстала удручающая картина разгрома. Между машинами лежали тяжелораненые. Но самое страшное было в том, что оба офицера, командовавшие охранением, находились в прострации и ничего не предпринимали для спасения колонны. На вопрос Карена, где его солдаты, замполит ответил, что все убиты.
Это было уж слишком. В сложившейся ситуации Таривердиев принял единственно верное решение. Собрав остатки бойцов второй роты и водителей, он решил обойти засаду с фланга. С другой стороны дороги его маневр поддерживали водители машин вертолетной эскадрильи. По дороге шел БТР, поддерживая атаку огнем ПКТ, поскольку КПВТ оказался неисправен.
Тем не менее и этих действий было достаточно для того, чтобы заставить “духов” отойти, не принимая боя. Их позиции Карен с бойцами обнаружили быстро. Судя по всему, в засаде действовало человек десять-двенадцать. Грамотно расположившись, они навязали бой колонне, которая, по обыкновению, оборонялась пассивно. Метрах в восьмистах от дороги, на одном из холмов, находилось зенитное прикрытие засады, которое заставило пару Ми-24 забраться на две с лишним тысячи метров, откуда их огонь был неэффективен. Чуть позже “духам” удалось подбить Ми-8, прилетевший за ранеными.
Отойдя на окраину кишлака, моджахеды открыли огонь с запасных позиций. В этот момент Таривердиев получил ранение и последующие события толком описать не смог. Но он помнит, что до эвакуации его и других раненых и до прихода сил отряда, высланных для спасения колонны, ее прилично долбили из минометов...
В приведенном примере ошибки, допущенные командовавшими колонной и ее охранением офицерами, очевидны. Не был выслан вперед головной дозор. В колонне не было организовано взаимное наблюдение, напрочь отсутствовали сигналы управления. Но главная ошибка — потеря офицерами управления и инициативы. Если бы этого не произошло, то данный бой для засадной группы мог стать последним. Ожидая, пока найдется “хвост”, командиры охранения в первую очередь были обязаны отвести колонну дальше от кишлака, тем более что уже начался обстрел из безоткатки, после чего выяснить, откуда же была подбита передвижная автокухня. А обнаружив позиции противника, спецназовцы должны были совершить обходной маневр и уничтожить засаду, которая находилась в чистом поле. Только после этого можно было связываться с потерявшимися машинами, обеспечить безопасность их движения, а не заставлять идти под огонь засады. Боем же никто не управлял, имевшиеся силы и средства толком использованы не были. Лишь решительные действия Карена Таривердиева, принявшего на себя командование, спасли колонну от окончательного разгрома.

МОЖНО ЛИ ПОБЕДИТЬ, ПОПАВ В ЗАСАДУ?

Конечно, если вы попали под огонь засады в месте, где маневр затруднен, то противостоять ей трудно. Такие места должно особо тщательно проверять охранение. Зная это, противник порой организует дерзкие засады в местах, казалось бы, непригодных для такого вида действий. Вся его надежда на внезапность и панику, которая должна возникнуть в рядах, подвергшихся нападению. Если же это не произошло, то нападающие, не имея возможности скрытно отойти, превращаются из охотников в дичь. Надо только знать их тактику и умело перехватить инициативу. Приведу один пример из собственной спецназовской биографии.
23 сентября 1984 года мне была поставлена задача на боевой технике совершить восьмидесятикилометровый марш к государственной границе с Пакистаном для эвакуации группы капитана Пимченко. Первоначально моя бронегруппа №310 состояла из пяти БМП-2, на броне которых находилось по два разведчика. Но уже с марша из-за поломок пришлось две машины с десантом на борту вернуть в ППД. К пятнадцати часам мы достигли указанного района и стали по радио вызывать группу Пимченко. Однако у них что-то случилось с радиостанцией: они нас слышали, а мы их нет. Просьбу обозначить свое местонахождение они не выполнили, и нам пришлось разыскивать группу по всему району. В ходе поиска еще одна машина вышла из строя, и ее пришлось буксировать. Я уже собирался плюнуть на эту затею, но для очистки совести решил на единственной свободной машине проскочить по сухому руслу. Моему возмущению не было предела, когда на обрывистом берегу я увидел группу Пимченко, беспечно греющуюся на солнышке. Высказав о них все, что думаю, я приказал им грузиться, что они с готовностью выполнили. К семнадцати часам мы вышли на бетонку Спинбульдак — Кандагар. Впереди я поставил машину, буксирующую неисправную БМП, — чтобы эта пара задавала темп движению. Через полчаса движения по трассе, выйдя из-за поворота, мы буквально натолкнулись на джип ISUZU, вокруг которого стояли вооруженные люди, одетые во все черное. Видно было, что они только подъехали. Всего их было человек пятнадцать-двадцать. Увидев нас, они пустились наутек. Я остановил колонну, приказал спешиться и открыть огонь. Еще не стемнело, и спасающихся бегством “духов” мы расстреливали, как в тире. Больше половины из них не добежали до спасительного оврага, но некоторым посчастливилось в нем скрыться. Чтобы не дать им уйти, я с тремя разведчиками начал преследование. В пылу боя мы не заметили, как из другого русла по нашей БМП было сделано три гранатометных выстрела. К счастью, гранаты прошли мимо. Достигнув сухого русла, перпендикулярно отходившего от дороги, по которому ретировались остатки “духов”, я приказал свернуть налево и ехать вдоль него. “Духов” мы настигли быстро. Они не ожидали от нас такой прыти и практически не сопротивлялись. Когда с моджахедами было покончено, мы выехали на холм, дабы убедиться, что никто не ушел. В это время снизу, из русла, по нашей машине ударили несколько автоматов. Мы не стали церемониться и ответили несколькими короткими очередями из автоматической пушки БМП-2, после чего огонь стих. Мы стали спускаться с холма и в это время снизу снова ударил автомат, а один из “духов” бегом пересек русло, очень резво выбрался из него и пустился наутек по ровной, как стол, степи. Быстро разобравшись с прикрывавшим его отход моджахедом, мы вскоре настигли и беглеца. Это был мужчина лет сорока, с европейским типом лица. Его крашенные полосами волосы были коротко стрижены на панковский манер. “Дух” был явно не афганец. Выяснить, кто он, помешал боец из группы Пимченко, сваливший его короткой очередью. Выматерив от души этого отморозка, который, не видя до этого живого “духа”, решил попробовать, как оно — убивать, и обыскав моджахеда-панка, мы вернулись на трассу. Машину я оставил на бетонке на случай, если со стороны Кандагара, откуда и прибыли “духи”, подъедет подкрепление, а сам вернулся пешком к основным силам.


Там выяснилось, что в момент нашего появления часть “духов” уже находилась на позициях и после моего отъезда оказала сопротивление, хотя и без особого энтузиазма. Вечерело, и их задачей было, продержавшись до темноты, отойти под ее покровом. Поняв это, я приказал отцепить исправную машину, после чего открыть настильный огонь в дальний берег русла, где укрылись моджахеды. Когда стемнело, мы с несколькими разведчиками на машине с потушенными фарами приблизились к позициям противника. По команде механик включил фары, в свете которых мы увидели моджахеда, изготовившегося стрелять из гранатомета, второй целился из автомата. Ослепленные неожиданным светом, они замешкались, и это стоило им жизни. В русле лежало еще несколько трупов. Каждый, помимо автомата, пулемета или гранатомета, был вооружен одним-двумя пистолетами, в основном ТТ китайского производства. Всего мы уничтожили тридцать пять боевиков. Как потом доложила агентура, они оказались группой “Черные аисты”. По этой же информации среди них был американский инструктор, видимо, тот бегун, которого мы едва не пленили. Уцелел лишь командир, раненный в ноги, и еще двое “черных аистов”, которые его и вынесли.
Пример этот я привел не для того, чтобы рассказать, какой я молодец. Просто он очень нагляден. Замешательство при встрече с “духами” грозило нам большими неприятностями. Если бы я не овладел инициативой, противник мог опомниться, занять позиции в русле, куда он первоначально отошел, и тогда нам пришлось бы туго. Сумев повредить хотя бы одну машину, он нас лишал возможности двигаться и оказывался в более выгодном положении, даже несмотря на понесенные первоначально потери. Ведь в отличие от нас он находился на подготовленных позициях. С наступлением темноты, в десяти-пятнадцати километрах от Пакистана, это могло выйти нам боком.
Кстати, пока я гонялся за беглецами, мой разведчик Фарзалиев и еще один, из пимченковской группы, зная тактику “духов”, вышли им во фланг и нанесли внезапный удар. К сожалению, в горячке боя они не захватили с собой ранцы с боеприпасами, а в “нагрудниках” после первоначального огневого контакта оставалось по одному полному магазину. Патроны у смельчаков кончились, и им пришлось спешно отходить, бросая в преследователей гранаты.

ЗНАНИЕ — СИЛА

Именно знание тактики партизан, используемой ими при организации засад, позволяет успешно противостоять им. Афганские моджахеды, в зависимиости от своей численности, применяли и разную тактику. Проводя засаду малыми силами, как это описано в приведенном выше примере, их огневые подгруппы располагались метрах в ста — ста пятидесяти от дороги, в один эшелон. Бой обычно начинался подрывом минно-взрывных средств или, что более характерно, гранатометным залпом. Плотность огня гранатометов и стрелкового оружия в первые минуты боя очень высока и направлена как на нанесение максимального поражения противнику, застигнутому врасплох, так и на подавление его воли к сопротивлению. Нанеся максимальный урон колонне противника и расстреляв львиную долю выстрелов РПГ, “духи” скрытно отходили по заранее намеченным путям. Опомнившийся противник начинал стрелять в белый свет как в копеечку и расходовал имеющиеся боеприпасы. Наиболее удобными местами для подобных засад являются подъемы и повороты дороги, разрушенные переправы, броды и тому подобные участки, где техника вынуждена замедлять движение либо останавливаться. Устраивали “духи” засады и в населенных пунктах, и в “зеленке”, через которые проходили дороги. Но, как я уже писал выше, можно было нарваться на засаду и в чистом поле. Для этого “духи” дооборудовали в инженерном отношении русла рек, сухие русла и канавы. Именно в таком месте пытались организовать засаду на мою бронегруппу. Как видно из примера, отход в таких местах не совсем безопасен. Засада располагалась в один эшелон, а огневые подгруппы размещались с одной стороны от дороги, либо с двух , но под прямым или косым углом. Последний вариант чреват тем, что есть опасность поразить своим огнем засевших напротив. Странно, но именно так их учили американские инструкторы.
Другой вариант засадных действий применялся при наличии больших сил, когда надо было учинить разгром хорошо вооруженной колонны. В этом случае засада строилась в два эшелона. В первом располагалась огневая подгруппа. Численность ее могла достигать ста человек. Огневики вооружались максимальным количеством РПГ для создания гранатометного огня высокой плотности. В тылу, на господствующих высотах, на удалении до километра располагался второй эшелон засады, имевший на вооружении безоткатные орудия и крупнокалиберные пулеметы, способные эффективно работать на средних дальностях. После того как первый эшелон нанесет свой удар, его огонь прекращался, и в дело вступал второй, отвлекая внимание противника на себя. Огневые подгруппы тем временем под прикрытием огня ДШК и БО отходили в пункт эвакуации.
В следующий раз мы поговорим о том, что нового привнесла чеченская кампания в тактику боевиков, организующих засады на части и подразделения федеральных войск.

ЧТО НОВЕНЬКОГО?

Чеченская кампания внесла ряд особенностей в тактику засад, организуемых боевиками, но многое осталось неизменным. Не удивительно, ведь многие “духовские” учителя прибыли из Афганистана.
Как и в Афгане, боевики тщательно планируют засады с целью уничтожения боевой техники и захвата материальных ценностей, перевозимых в транспортных колоннах. Места для засад выбирают грамотно.
В горах засады устраивают на входе или выходе из ущелья, на перевалах и горных дорогах, где маневр силами и средствами исключен или, как минимум, затруднен. Огневые подгруппы располагаются на склонах или гребнях высот. В населенных пунктах засады устраивают за укрепленными заборами, а также в специально оборудованных домах и строениях. Имели место случаи устройства засад в тупиках, куда с помощью ложных дорожных знаков и указателей, установленных боевиками, направляли воинские колонны. В крупных населенных пунктах во время зачисток боевики применяли последовательное устройство засад вдоль улиц. Это заметно затрудняло продвижение войск и наносило федералам ощутимые потери.
По словам участников первой чеченской кампании, боевой порядок “чехов” состоял обычно из трех подгрупп: двух огневых, одна из которых предназначалась для нанесения поражения головным машинам, а вторая — для удара во фланг или тыл, и подгруппы обеспечения, которая, как и в Афгане, прикрывала отход огневиков. Чеченские боевики охотно использовали минно-взрывные средства, устанавливая их как на проезжей части — для подрыва головной машины, так и на обочине — для затруднения маневра подразделений, попавших в засаду, в ходе нанесения им огневого поражения.
Как и в Афганистане, численность “чехов” в засаде колеблется от семи — пятнадцати человек до ста и более. К примеру, 23 апреля 1996 года в Грозном на улице Гудермесская в районе автостанции на колонну инженерно-саперной роты 101-й бригады организовали засаду всего пятнадцать боевиков. Огнем РПГ они уничтожили БТР и ранили пять человек. А спустя два дня батальонную колонну в центре станицы Шелковская четыре часа долбили несколько десятков бандитов.
Планируя нападение, “духи” ведут активную разведку объекта засады, для чего высылают подгруппы разведки. Переодевшись в гражданскую одежду и смешавшись с местными жителями, боевики по радио сообщают командиру о приближении колонны, ее составе, порядке ведения разведки и охранения, скорости движения и интервалах между машинами, а также месте в строю командно-штабных машин. Получив такую информацию, полевые командиры, руководящие силами засады, уточняли задачи, при необходимости перераспределяя огонь своих подчиненных. Разведку и передовое охранение боевики обычно пропускали, но наносили мощный удар по основной колонне. В первую очередь били головную и замыкающую машины, чтобы лишить колонну маневра, а также командно-штабные машины и подвижные средства связи, чтобы нарушить управление. После этого боевики наносили мощный фланговый удар по всей колонне. Лишенная командования и возможности маневрировать, колонна представляла из себя отличную мишень. Так было под Ярышмарды, где Хаттаб и его подчиненные безнаказанно, а потому не спеша и методично расстреливали колонну 245-го мсп в течение нескольких часов. Угодив в такую засаду, трудно ей противостоять, однако при правильно организованном охранении этого можно избежать.

УПРЕДИТЬ — ЗНАЧИТ ПОБЕДИТЬ

Примером грамотных действий по своевременному обнаружению засады и последующему уничтожению боевиков могут служить действия подразделений 33-й бригады оперативного назначения внутренних войск 10 мая 1996 года у села Мескер-Юрт.
Сопровождение колонны 667-го полка внутренних войск, состоящей из пятидесяти пяти машин и совершающей движение с командного пункта тактической группы №7 через Гудермес, Белгатой, Старые Атаги на КП группы №3, было возложено на подразделения 4-го полка ОДОНа, 33-й и 34-й бригад оперативного назначения.


33-я бригада обеспечивала прохождение колонны на среднем участке, от Ист-Су до перекрестка дорог западнее Мескер-Юрта. Получив задачу на сопровождение колонны, командир особое внимание уделил разведке. Ее ведение было возложено на разведгруппу в составе тридцати человек на трех БТР. Командир указал, на решении каких задач сосредоточить основные усилия, маршрут движения разведгруппы и наиболее вероятные рубежи встречи с противником, варианты действий при соприкосновении с боевиками, а также порядок управления, время готовности и время прохождения разведчиками исходного рубежа.
Следуя по указанному маршруту, в 11.30 примерно в восьмистах метрах от Мескер-Юрта разведчики попали в засаду, организованную пятнадцатью боевиками (схема № 3). “Духи” подбили головную машину. Старший разведгруппы приказал спешиться и занять круговую оборону. О засаде и своем решении он доложил командиру. В это время по разведчикам был открыт огонь с северной окраины Мескер-Юрта, где находилась вторая группа “духов”, трое бойцов получили ранения. Тем не менее разведчики связали боем противника, а командир группы доложил комбригу уточненные данные о противнике.
Для блокирования и уничтожения засады командир бригады решил выдвинуть свой резерв — сводное подразделение из состава первого и третьего батальонов, усиленное артиллерией. Для руководства действиями резерва он направил своего заместителя. В это же время с аэродрома Ханкалы была поднята пара Ми-24 для огневой поддержки сводного подразделения. Командиру разведчиков была поставлена задача при подходе сил резерва обозначить себя зелеными ракетами.
Прибыв на место через сорок минут после начала боя, замкомбрига решил разместить технику в укрытии вдоль дороги, силами личного состава первого батальона и разведчиков блокировать противника с севера, а третьим батальоном обойти его слева и блокировать с востока и частично с юга. Действия резерва поддержал расчет ЗУ-23-2, который разместился за дорогой. Минометный взвод, два расчета СПГ-9 и два расчета зенитчиков разместились в тылу разведчиков, поддерживая огнем действия “северных”. К 12.25 боевики были частично окружены, но продолжали оказывать ожесточенное сопротивление. Спустя пятнадцать минут семь бандитов под прикрытием плотного огня попытались прорваться через позиции первой огневой подгруппы в направлении Мескер-Юрта, но были уничтожены огнем вертолетов и резерва. Поняв, что своими силами им не справиться, боевики запросили подкрепления.

Тем временем колонна 667-го полка, изменив маршрут, возобновила движение. Около 2 часов дня артиллерийская разведка бригады обнаружила отряд численностью до ста боевиков, которые на автомобилях двигались из Октябрьского в Мескер-Юрт. Вблизи Мескер-Юрта “духи” спешились и вступили в бой, но огнем артиллерии часть из них была уничтожена. Оставшимся в живых удалось прорваться к окруженным боевикам. Однако к семнадцати часам к месту боя прибыл резерв 22-й бригады в составе девятнадцати БТР и двухсот семидесяти бойцов. После того как они заняли позиции на южном и юго-восточном направлениях, федералы приступили к уничтожению противника. В итоге было уничтожено до пятидесяти боевиков и четыре автомобиля. С нашей стороны один убит и четверо ранено.
Участники операции характеризуют действия боевиков как грамотные и гибкие, инициативные и мобильные. В ходе всего боя ими осуществлялось устойчивое управление, противник умело и скрытно проводил перегруппировку и наращивал силы в нужном ему месте, создавая необходимую их концентрацию.
В то же время хочется отметить грамотные действия подразделений внутренних войск, участвовавших в бою. Заблаговременно организованное взаимодействие разведоргана, подразделений резерва, артиллерии и авиации позволило оперативно локализовать силы боевиков и уничтожить их. Важную роль в этом бою сыграла достаточно высокая скорость принятия решений. Судя по всему, варианты действий в подобных ситуациях войсковыми командирами просчитывались заранее.

КОМАНДИРСКИЕ ЗАПОВЕДИ

Действия 33-й бригады по борьбе с засадой противника являются ярким примером грамотного осуществления старшими начальниками необходимого комплекса мероприятий. Позволю себе остановиться на нем подробнее и предложить несколько, на мой взгляд, важных советов.
Итак, вы угодили в засаду.


В первую очередь вы должны, как бы сложно это ни было, мобилизовать свою волю, знания и опыт на восстановление управления, отражение нападения противника и перехват инициативы. Последнее вполне возможно, поскольку противник, организовавший засаду, зачастую не готов к тому, что потерпевшие могут оказать грамотное противодействие. В то же время грамотные и четкие действия командира вселяют уверенность в подчиненных и поднимают их боевой дух, что отнюдь немаловажно.
Необходимо в кратчайшие сроки восстановить управление колонной. Именно этого противник в первую очередь старается лишить объект засады, для чего уничтожает командно-штабные машины и машины связи. Командир колонны и все командиры охранения должны иметь при себе носимые средства связи, настроенные на рабочие частоты колонны. Переносная радиостанция понадобится, если машина командира будет подбита, она также позволит руководить подразделениями при действиях в пешем порядке. Радиостанцию с собой берут всегда, но поскольку в ней нет постоянной необходимости, она лежит где-нибудь на дне БТРа. Когда в вашу машину попадает граната РПГ, вам уже не до радиостанции. Говорю об этом, основываясь не только на чужом, но и на собственном опыте. Итак, носимая радиостанция всегда должна быть под рукой, как автомат и ранец с боеприпасами. Каждый корреспондент в сети колонны должен четко усвоить, что с началом боя он обязан постоянно быть на приеме, но не выходить в эфир без надобности. Частота должна быть свободна для управления. Для скрытого управления войсками лучше пользоваться засекреченной аппаратурой связи и кодовыми фразами и сигналами. Это отнюдь не лишнее, поскольку противник наверняка будет прослушивать ваши переговоры, постарается “забить” вашу частоту, чтобы затруднить управление.
Командиру подразделения, попавшему в засаду, необходимо без промедления связаться со старшим начальником и доложить о сложившейся ситуации, а также вызвать авиацию и, при надобности, подкрепление из резерва. Если местность позволяет — вывести главные силы из-под удара. В случае повреждения передней и задней машины постараться при помощи БМП или танка столкнуть их в сторону и освободить путь колонне. Остановившаяся колонна — прекрасная мишень. Причем, если основной огонь ведется по голове колонны, то хвост следует оттягивать назад. И действовать наоборот, если “под раздачу” угодил хвост. Если наиболее интенсивный огонь ведется по центру колонны, то целесообразно растащить головные и замыкающие машины в разные стороны.
Чтобы упростить управление колонной в бою, следует еще до начала движения разделить ее на три части и назначить старших, которые и будут ими руководить. Например: “Передовая часть колонны — с первой по десятую машины. Старший — капитан Иванов, находится на пятой машине.” В приказе на совершение марша старшим следует определить порядок их действий при попадании в засаду. В этом случае, даже при гибели командира, они будут способны восстановить локальное управление своими частями и выполнить задачу, поставленную в приказе.
Важно также своевременно спешить личный состав и, рассредоточив его, организовать систему огня, которая либо лишит противника способности маневрировать, либо ограничит его возможности. Безусловно, это касается как сил охранения, так и тех, кто попал в зону наиболее интенсивного огня и временно маневрировать не может. На первом этапе боя, когда огонь засады наиболее силен, разумнее укрыться, осмотреться и организовать разведку целей. С первых минут боя следует установить жесткий контроль за расходом боеприпасов. Каждый боец должен знать, что стрелять он может только по обнаруженному противнику. Скоро огонь начнет стихать, и противник постарается отойти. Именно в этот момент он наиболее уязвим. А понеся потери, противник и вовсе лишается мобильности, с убитыми и ранеными на руках далеко не уйдешь.
Ни в коем случае нельзя останавливаться на достигнутом. Надо продолжать наращивать усилия, совершенствовать систему огня, включить в нее вооружение бронированной техники для подавления огневых точек противника, находящихся во втором эшелоне. При наличии подствольных гранатометов и автоматических гранатометов АГС-17 организовать сосредоточенный навесной огонь с закрытых позиций по выявленным огневым точкам и местам сосредоточения противника, находящегося в первом эшелоне. Организовать также ведение снайперского огня, который должен подавить имеющиеся огневые точки противника в первом эшелоне, а если повезет, то и уничтожить командиров боевиков. Огонь снайперов в значительной степени может снизить моральный дух партизан.
Организовав и распределив огонь таким образом, вы сможете сковать действия партизан в первом эшелоне и не позволите выполнить задачу по их прикрытию второму.
Далее необходимо создать маневренную группу, силами которой постараться обойти противника с фланга и уничтожить его, либо воспрепятствовать его отходу. Эти действия должны быть прикрыты огнем своих сил. Расположение противника в засаде может не позволить ему нанести огневое поражение одновременно и колонне, и передовому охранению. Тогда, поскольку целью засады является колонна, боевики могут пропустить охранение и зажать колонну. В этом случае командир передового охранения должен во взаимодействии с силами, попавшими в засаду, а при отсутствии связи с ними — самостоятельно совершить обходной маневр, выйти во фланг засаде и уничтожить ее. Очень важно, выполняя обходной маневр на технике, подавить огневые средства второго эшелона засады, особенно противотанковые. В случае, если противник, находящийся в первом эшелоне, оказывает ожесточенное сопротивление, подавить его имеющимся тяжелым вооружением и огнем боевых вертолетов.
Одновременно с этими действиями организовать вынос убитых и раненых, а также эвакуацию поврежденной техники.
Вероятность попасть в засаду в ходе локальных конфликтов последних лет очень велика. В связи с этим жаль, что противозасадные действия не являются темой программы боевой подготовки частей Российской армии и преподавания в военно-учебных заведениях. Надеюсь, что изложенный опыт поможет успешно противостоять вражеским засадам.

Сергей КОЗЛОВ
Фото Владимира НИКОЛАЙЧУКА

Traser

Поиск
Поиск по сайту
Реклама
Мысль
Реклама

Тритиевые маркеры GlowForce

Самоактивируемая подскетка Trigalight

momentum