| |
17 АВГУСТА 1996 ГОДА
ХАНКАЛА. Мы получили приказ любой ценой доставить боеприпасы на заблокированный КПП. Необходимо было двигаться по течению реки Сунжа примерно километров десять. Река Сунжа, по которой лежал наш маршрут, протекала через весь город Грозный. С самого начала эта задача показалась мне невыполнимой. На свой страх и риск я решил изменить маршрут. По моим размышлениям, подходы к каждому КПП должны быть капитально заминированы. К тому же связь с КПП была неудовлетворительной, переговоры прослушивались противником, что могло привести к неминуемой гибели группы.
 Приехав на исходную точку нашего маршрута, я встретился с майором ГРУ, который очень помог, дал полную раскладку по районам, возможным засадам, местам концентрации противника. Спецназовское братство — это то, что помогло нам выжить, выполнить приказ и уничтожить противника.
Позже я понял: если бы не та информация, то вряд ли бы сейчас был жив.
Майор ГРУшник знал это не хуже моего, поэтому перед нашим выходом дал свои позывные и частоты.
Уже темнело. Мы выдвинулись короткими перебежками в сторону здания, стоявшего на проспекте Победы. По плану мы должны были там дождаться темноты и двинуться переулками к конечной точке. Вошли в здание, там были наши. Семь спецов из сорока, которые уцелели после боев. Встретили они нас, как братья. Выставили на стол все, что у них было съестного. Поболтали о жизни нашей, вспомнили погибших…
В десять часов вечера стало совсем темно, и мы начали выдвижение. Я шел первым, перебежками от дерева к дереву, к сгоревшей БМПшке. Дорога была усеяна трупами. Запах стоял жуткий. Шли тихо, добрались до перекрестка.
Вдруг заработал пулемет, который начал простреливать проспект. Мы прижались к стенам. Судя по тому, что пули не попадали в эти стены, пулеметчик нас не видел. Пройдя еще метров сто, я засел за дерево, ждал подхода своего второго номера. В здании напротив раздалось два хлопка, два трассера ударили в стену.
Я понял, что снайпер бьет на шум. Из того же здания вылетела ракета, я залег между трупами. Там хватило места только для меня одного, второй номер, пригнувшись, спрятался за дерево.
Эта картина, видимо, не насторожила снайпера. Дождавшись, когда ракета погаснет, я двинулся дальше. Тут произошло то, чего я боялся больше всего. Из-за поворота "нохчи" начали долбить, не давая нам пройти вперед.
В свою очередь, пулеметчик, работавший по проспекту, не давал нам перейти на другую сторону улицы, где бы нас не достал снайпер. Я принял решение отойти в разрушенное здание и занять оборону. Мы двигались под непрерывным огнем. По снайперу ударили ВОГами, и он заглох, не знаю, на время или навсегда. Отсидевшись в здании часа два, мы двинулись к спецам, это было утро 18 августа.
Встретились со спецами, которые дали нам два БТРа. "Нохчи" обалдели от нашей наглости и стреляли в основном уже вдогонку.
Прибыли на КПП. Поначалу было ощущение, что кроме призраков там уже никого нет. Я заорал как только мог, вроде начали оживать.
Мы заняли круговую оборону вокруг БТРов. Загнали БТРы на блокпост, бойцы снова все забаррикадировали.
Сели, успокоились, поздоровались, познакомились. Выгрузили боеприпасы, узнали, что у них прикопанный труп, трое раненых, один из которых тяжелый.
 |
Два хлопка, две пули над головой бойца ударились в стену, боец пригнулся, а то они бы попали ему в лоб. Снова заняли оборону, начался бой. Я дал команду стрелять одиночными, и только по видимой цели. В тот день пулеметчик наш положил их стрелка, когда тот перебегал к укрытию.
Еще около часа мы долбили друг друга. В моменты небольших передышек мирные жители пробегали через мост, иногда кидая в нашу сторону сигареты, пищу.
Часа через два "нохчи" предложили нам сдаться. Мы ответили по-спецназовски. В ответ они пустили неизвестный газ. Слезились глаза, были приступы кашля. Но, слава богу, сильный ветер погнал его дальше и выдул эту дрянь от нас. Потом была еще пара перестрелок, никого не убили, никого не ранили. Мы начали обсуждать, каким путем будем отходить.
Ночь прошла спокойно, где-то вдалеке веером расходились трассеры…
19 АВГУСТА 1996 ГОДА
МЫ СНОВА получаем задание. На этот раз необходимо доставить на один из КПП медикаменты и продукты питания.
Задание было совместным. Мы с бойцами приданного нам отряда шли на двух БТРах к городу Грозному. Населенный пункт Ханкала — начальная точка нашего маршрута, и пригород Грозного незаметно для нас перешел в улицы города.
Оба бронетранспортера двигались почти вплотную друг к другу, причем второй все время шел, скрытый облаком пыли, поднятой из-под колес первой машины.
Наша маленькая колонна шла по одной из центральных улиц. Впереди перекресток. Сердце сжимается от предчувствия. Слишком уж спокойно и тихо. Решаем на перекрестке не останавливаться, а проскочить на скорости.
Но при повороте машины все же замедлили ход, и сразу воздух разорвали выстрелы автоматов. Был ранен в обе ноги наш санинструктор ефрейтор Александр Сошелев. Боевики вели огонь с верхних этажей девятиэтажного дома. Мы открыли ответный огонь по окнам. Нас спасла только скорость.
Головной бронетранспортер не вписался в поворот, что и спасло его от прямого попадания выстрела из гранатомета. Граната пролетела всего лишь в полуметре над броней БТРа и взорвалась в двух метрах от него, контузив и ранив осколками в голову водителя первой машины. Неуправляемая машина на полном ходу врезалась в железный забор. Несмотря на сильный удар, десант, находившийся на броне, удержался на машине, но все-таки наш старшина Олег Ободчиков сильно повредил ногу. Вторая машина остановилась рядом с первой и, словно в отместку за повреждение первого бронетранспортера, открыла ураганный огонь по боевикам. Десант обеих машин занял оборону за БТРами. Санинструктору и водителю БТРа оказали первую медицинскую помощь, уложили на носилки и бегом, под прикрытием огня, перенесли к ближайшему укрытию.
После этого БТРы решено было перегнать на заставу, которая, на наше счастье, оказалась неподалеку. Во время движения выяснилось, что первый бронетранспортер при обстреле и от взорвавшейся неподалеку гранаты получил повреждения. Систему вращения башни начало часто заклинивать, и, что еще хуже, у машины выбивало все передачи, кроме второй.
 Застава, на которую мы попали, ужаснула нас. Буквально все бойцы болели желтухой. Кроме болезни, их еще мучил голод.
Исходя из обстановки, решено было разгрузить продукты и медикаменты на этой заставе. После разгрузки мы стали готовиться к обратному прорыву на базу.
Мысли об обратном пути наполняли нас тревогой и неуверенностью. При той скорости, какую можно было ожидать от поврежденной машины, мы становились отличной мишенью для боевиков.
При подъезде к перекрестку, на котором нас обстреляли, мы выпустили дымы, и под их прикрытием проскочили в зеленку, окончательно скрывшую нас от наблюдения противника. По мере продвижения вперед с нас спадала противная дрожь напряжения. Мы несколько растеряли осторожность. На этом и подловили нас боевики. Уже видны были позиции федеральных войск, когда ударила автоматная очередь. Ею был сражен старшина — боец из 8-го отряда. Пуля попала ему под бронежилет и вышла из аорты, перебив ее. Смерть была мгновенной.
Мы тут же открыли огонь из автоматов и подствольников. Через секунду нас обстреливали уже с нескольких сторон. И так же внезапно, как началась, перестрелка прекратилась.
Уже при подъезде к федералам на особенно большой кочке бронетранспортер взбрыкнул, словно необъезженная лошадь, и с его брони сорвало рядового Сергея Сенцова, нашего бойца. Мгновенно вскочив на ноги, он благополучно догнал машину.
Исход этой операции был таков: один убитый и двое раненых, но задачу свою мы выполнили.
22 АВГУСТА 1996 ГОДА
В 9 ЧАСОВ утра мы получили приказ выделить от нас гранатометчиков и их помощников.
Выезд снова был совместным. На бронетранспортерах мы выдвинулись в город, присоединившись по пути к приданной нам бригадной разведке и отрядовцам. По прибытии на место группу разделили, нас оставили в резерве, а отрядовцев и разведку в составе штурмового отряда выдвинули в район площади Минутка. Долго нам в резерве прохлаждаться не пришлось.
При атаке штурмовой отряд был вынужден залечь. Нас сняли с резерва и дали приказ разнести два стоящих на площади гаража.
Выдвигались мы под прикрытием БТРа. Было такое ощущение, будто "нохчи" стреляют из всего, что может стрелять. Мы поспешно отошли на исходный рубеж, откуда снова выдвинулись уже по-пластунски к железнодорожному полотну. Преодолев последний участок, достигли огневого рубежа и произвели три выстрела из гранатометов. Подорвали два указанных гаража. Затем снова вернулись к своей группе.
Заночевали в одной из бригад. Ночь проспали, как говорится, без задних ног. На следующий день нас подняли с утра пораньше. Был дан приказ нашей группе выдвинуться на улицу Филатова и поразить огневые точки боевиков.
Но приказ был отменен. Оказалось, что шли мирные переговоры о прекращении огня.
Это была наша последняя серьезная операция. Наступило перемирие…
Подготовила к печати
Ирина ДЕГТЯРЕВА
|
