TraserH3.ru
Актуально
Реклама

Купить инструменты, мультитулы Leatherman

В продаже
Приглашаем авторов

Краповый берет

Счётчики

Яндекс.Метрика

Военное время

 

        ЗВЕЗДЫ МУЖЕСТВА
     
ЗВЕЗДЫ МУЖЕСТВА. НАВЕКИ — ДЕВЯТНАДЦАТИЛЕТНИЙ
     
  Герой Российской Федерации рядовой Ситников Николай Юрьевич

Родился 2 января 1974 года в районном центре Маслянино Новосибирской области. В 1993 году был призван во внутренние войска. Службу проходил в отряде специального назначения “Витязь”.
Звание Героя Российской Федерации присвоено 7 октября 1993 года (посмертно). Приказом министра внутренних дел зачислен навечно в списки личного состава части.


“Здравствуйте, мои дорогие родные! Сегодня выехали в Москву. Мы будем служить в дивизии имени Дзержинского! Везут нас в поезде майор и ефрейтор. Они говорят, что мы будем ходить на концерты, футбол, патрулировать по Москве. Майор — мужик хороший... Следующее письмо напишу, наверное, из части. Ну вот и все. Передавайте приветы”.
Сколько неподдельного мальчишеского восторга за строками этого немного наивного первого письма из армии рядового Николая Ситникова. Еще бы: мечта осуществилась! И жизнь представляется одним большим и светлым праздником. Где нет места войне и людским горестям. Где твои друзья не гибнут в горячих точках. И ты на все сто процентов уверен, что одна твоя широкая дружеская улыбка способна отвести руку, поднявшую оружие.
“Здравствуйте, все мои родные! Пишу вам письмо из Москвы. Привезли нас в часть, помыли, дали форму... Из Новосибирска в роте шесть человек. Пока проходим курс молодого бойца. Утром бегаем. Ходим строевым. Где-то 1—2 августа будем принимать присягу”.
Принял. И остался верен ей до конца.
Есть ребята, неброские и неяркие, которые не отличаются особыми талантами, ценными в шумной компании. Коля неважно пел, не играл на гитаре, не травил байки, не рассказывал анекдоты. И при всем при том его любили.
Рядовой Анатолий Кокорин: “С Николаем было просто общаться. Добрый и отзывчивый, он никогда не предавал друзей”.
Тот, кто служил, знает цену этим простым солдатским словам.
В Колиных письмах, которые бережно хранятся в семье, как в зеркале отражается вся его до нелепости короткая жизнь. Здесь он весь — открытый, прямой, честный, бесконечно любящий родителей. И еще — очень чуткий, боящийся даже полусловом или намеком заронить в сердца близких людей щемящее чувство тревоги.
“Здравствуйте, мои родные! Пишу вам письмо из Кабардино-Балкарии. Здесь кругом одни горы. Когда мы приехали, две ночи ночевали на аэродроме. Ели арбузы. Затем переехали в Нальчик. Тут все спокойно. Бегаем по горам, играем в войну. Учимся, как захватывать автомашину, как ее проверять. Лазим по этажам — изучаем штурм здания. Словом, занятий хватает. Здоровье у меня хорошее. Не болею. Как дома с урожаем? Собрали ли всю картошку? Пишите, как дела в родном совхозе”.
“Бегаем по горам, играем в войну”. И все. Хороши игрушки! И ничего о нальчикском следственном изоляторе, где взбунтовавшиеся осужденные выставили против ребят из “Витязя” сто восемьдесят шесть стволов, не считая холодного оружия. “Тут все спокойно”.
Прапорщик Владимир Берлин: “После операции, которая, к счастью, обошлась без большой крови, у некоторых в глазах был страх. Но это ничего, это нормально. Не боятся только дураки. Главное, что молодые “витязи” действовали решительно, можно даже сказать, мужественно. Провели тридцатиминутные бесполезные переговоры. Затем при помощи специальных средств захватили второй этаж и вынудили осужденных сдаться...”
За первой командировкой последовала вторая, во Владикавказ, где спецназовцы участвовали в операциях по разоружению боевиков, сопровождали парламентеров, охраняли железнодорожные составы.
“Здравствуйте, мои родные! Пишу вам из Владикавказа. У меня все хорошо. Живем понемногу. Два раза ходили в кино на американские фильмы. Сегодня ездили в баню.
Скоро наших колхозных пацанов заберут в армию. Пусть послужат, узнают, что почем. Здесь на многие вещи смотришь по-другому. К нам в отряд уже пришли молодые.
Тут красивые горы, особенно тогда, когда чистое небо. Мы занимаемся тем, что охраняем начальство. Вы, главное, не волнуйтесь. Со мной все в порядке”.
Да, там действительно красивые горы. Но не только тогда, когда “чистое небо”, а когда не стреляют. А эта командировка чуть было не закончилась для Николая трагически. Окружная газета внутренних войск в то время писала о “витязях”:
“Колхозников села Али-Юрт периодически обстреливают из автоматического оружия неизвестные люди с ингушской стороны.
Маневренная группа на трех бронетранспортерах прибыла к подножию холма, с которого боевиками велся огонь. На вершине находилось кирпичное здание. Для его осмотра выдвинулся разведывательный дозор из пяти военнослужащих. Внезапно дозор наткнулся на вооруженного человека, который недолго думая открыл огонь из автомата по воинам. Одновременно из пяти-шести точек лесного массива на разведдозор буквально обрушился шквал огня. Боевики били из автоматов, пулеметов, снайперской винтовки и даже... гранатомета.
В результате обстрела кумулятивная граната попала по касательной в башню БТРа, ранив механика-водителя рядового А. Василенко...”.
В этом же бэтээре находился во время боя и Николай.
— Ты, наверно, заговоренный, — удивлялись потом ребята.
А ему просто не суждено было погибнуть в этот раз...
— Когда мы узнали что Колина командировка закончилась и он вернулся в Москву, вздохнули с облегчением, — признавалась Нина Ивановна Ситникова. — Ведь как бы он ни писал в своих письмах: “не волнуйтесь”, “у нас все спокойно” — сердце-то все равно не на месте было. И кто же мог подумать, что наш сынок, пройдя все горячие точки, погибнет в самом центре Москвы...
Прапорщик Владимир Берлин: “Вокруг телецентра было полно народу. Все что-то кричали. И вдруг людская стена, как по команде, мгновенно разомкнулась. Граната влетела на второй этаж здания и разорвалась. Большой осколок пробил лямку бронежилета Николая Ситникова и... Короче, мы пытались хоть что-то сделать. Сразу же вынесли Кольку из-под обстрела. Хотели прорваться на бэтээре до ближайшей больницы, но снайперы не давали приблизиться к технике. Тогда по подземному ходу мы вынесли Николая из “Останкино” на руках...”
Не успели.
Стихотворение для мамы — последняя запись в солдатском блокноте Коли Ситникова. Дальше — чистые листы. Такие же чистые, как ненаписанные страницы жизни, оборванной в девятнадцать лет...

Александр УШАР

 

Traser

Поиск
Поиск по сайту
Реклама
Мысль
Национализм – это глупый петух, кукарекающий на своей собственной навозной куче.

Ричард Олингтон

Реклама

Тритиевые маркеры GlowForce

Самоактивируемая подскетка Trigalight

momentum